Browse

바흐찐의 모순의 역동성에 관한 소고
о динамике противоречий мнели М. М. Бахтина

Cited 0 time in Web of Science Cited 0 time in Scopus
Authors
이문영
Issue Date
2000
Publisher
서울대학교 러시아연구소
Citation
러시아연구, Vol.10 No.2, pp. 133-170
Abstract
Если мы можем считать задачу определить место диалогизма М. М. Бахтина

в его мысли в целом, которая включает в себя философию, эстетику и конкретное

литературоведение, самой важной в современном бахтиноведении, то

для осуществления данной задачи надо исходить из объяснения о внутренных

противоречиях одной работы или о теоретических конфликтах между разнымим

работами Бахтина. Среди этих несогласованностей, обнаруженных в суждениях

Бахтина, самыми существенными являются, во-первых его двойственное отношение

к области эстетического, которое мы можем найти в его философском

трактатет/к философии поступка , -далее, КФП), во-вторых, противоречивое отношение

главы о смысловом целом героя к остальным главам в работе Ii'Лвтор

и герой в эстетической деятельности , (далее, ЛиГ), наконец в-третьих, несогласованные

суждения об отношениях между автором и героем, которые развертываются

диаметрально по-разному в работе ЛиГ и в работах о достоевском.

Подобные противоречия суждений Бахтина очень прочно связаны друг с другом,

тем более объяснение этих противоречий может стать ключом для понимания

сути процесса становления и изменения бахтинской мысли в целом,

особенно для понимания значения перехода Бахтина из области философии

к сфере эстетики. В связи с этим данная статья посвящена анализу вышеуказанных

противоречий. При даньнейшем анализе его конструктивной точкой

зрения становится понятия 'я' и 'другого', которые Бахтин сам считает ор-ганизующим центром архитектоники мира действительного поступка.

Первая глава посвящен рассмотрению сущности бахтинской философской концепции,

которая ярко выражена в работе КФП. В этой работе Бахтин указывает

принципиальный раскол между миром жизни(единственности) и миром культуры

(единства), и пытается преодолеть этот раскол с помощью создания плана

единственного единства. Но КФП в целом показывает, что хотя Бахтин хочет

примирить два мира, все-таки он во главу угла ставит единственное место

конкретной личности. В этом смысле можно сказать, что КФП строится вокруг

категории 'я'. Подобный конфликт между его философской целью примирения

единственности и единства и практически обнаруживаемым его предпочтением

единственности является основным противоречием бахтинской мысли, и на

этой основе находится его двойственное отношение к области эстетического.
ISSN
1229-1056
Language
Korean
URI
http://hdl.handle.net/10371/88049
Files in This Item:
Appears in Collections:
College of Humanities (인문대학)Institute for Russian, East European & Eurasian Studies (러시아문화권연구소)러시아연구 (Russian Studies)러시아연구 Volume 10 Number 1/2 (2000)
  • mendeley

Items in S-Space are protected by copyright, with all rights reserved, unless otherwise indicated.

Browse